Проект 369 – Россия. Образ, которого еще нет… (84_серия 369)

4 ПОНИМАЮТ язык, на котором к ним обращаются, и не верят в посулы «гражданского общества», которое в реальности, так и НЕ ПРОЯВИЛОСЬ . Россия меняется стремительно, почти, как нечто текучее и неуловимое. Она не отстаёт от глобальных перемен, а ныряет в них с головою, часто без карты и без берегов. Ни одна страна не проявила такой пластичности перед лицом радикальной модернизации — но эту пластичность так и НЕ ОСОЗНАЛИ, как ресурс. Нельзя ждать нового Толстого или Достоевского. Их слово было выражением своей эпохи, своей боли, своей надежды. Наша эпоха требует иных инструментов — не менее глубоких, но технологически иных. Не поэзия, а наука сегодня обязана формировать образ России. На основе точных признаков, через совокупность свойств, отражающих не мечту, а реальность — и потенциал. Но для этого сначала надо ПОНЯТЬ ОСНОВЫ управления: не как манипуляции, а как сотворчества. Познать энергетические решётки, понять, как формируются поля смыслов, как управлять не массой, но потоком — не через указ, а через резонанс. Прежде чем управлять страной, НАДО ПОНЯТЬ , что есть страна. Прежде чем вести людей, НАДО ОСОЗНАТЬ, кто есть человек. Управлять нужно не через принуждение, а через знание. Но сегодня «управляют» тем, чего не понимают, и потому прибегают к насилию — грубому или утонченному, прямому или структурному. Россия изменяется — но не благодаря, а вопреки. И те, кто берётся её описывать, неизменно отстают. Они приносят в мир образ, который УЖЕ УСТАРЕЛ на момент произнесения. В России каждый исторический день способен изменить характер народа. Поэтому все беды — внешние и внутренние — начинаются с ошибки в понимании, что же такое Россия есть. 1913, 1917, 1941 года — не просто даты. Это точки, в которых ошибка образа становилась фатальной. Искажённое восприятие рождает искажённые действия. Когда Россия и мир кажутся идущими врозь, это лишь признак того, что образы НЕ СОВПАДАЮТ с сущностями. Но не нужно делать вывод, что Россия противоречит миру. И не нужно думать, что она враждует сама с собой. Всё иначе: ОНА МЕНЯЕТСЯ . Так же, как меняется и всё остальное. Но её изменения не вписываются в старые лекала. А потому тот, кто хочет понять Россию — не должен смотреть назад, но должен научиться видеть иначе. Пушкин, Достоевский, Толстой — три исполина, три точки фиксации культурного поля России, три живых отражения той формы, в которой страна пребывала в их эпоху. Каждый из них не просто описал своё время — они предсказали Россию XX века, словно читали заложенные в неё коды судьбы. Их образ был точен, болезненно правдив и многомерен. Но именно потому, что он был точен — ОН СТАЛ ПРОШЛЫМ . История приняла его в свои архивы, и теперь он — величественное